Полиция Наполеона III, разумеется, не могла оставаться безучастной. В конце июня она подготовила для правительства краткий доклад, составленный на основе донесений лучших агентов. Я прочитаю вам и этот документ:

«Итальянский паспорт синьоры, с оговоркой лишь относительно даты рождения, оформлен на имя Джузеппины Пеллегрини-Бальзамо, графини де Калиостро, родившейся 29 июля 1788 года в Палермо. В Палермо, среди архивов прихода Мортапрена, было обнаружено заявление о регистрации новорожденной Джузеппины Бальзамо, дочери Джузеппе Бальзамо и Жозефины де ля П., подданной короля Франции. Была ли это Жозефина де ля Паше де ля Пажери, дочь разведенного к тому времени виконта де Богарне и, следовательно, будущая супруга генерала Бонапарта? Я провел тщательную проверку. Из письма некоего высокопоставленного чиновника Парижской судебной палаты можно узнать, что в 1788 году он собирался арестовать господина де Калиостро в связи с делом о похищении ожерелья Марии-Антуанетты. Тот проживал под именем Пеллегрини в небольшом особняке в Фонтенбло, где каждый день его навещала высокая и стройная женщина. Для сведения: Жозефина Богарне в то время жила также в Фонтенбло, она была, как вам известно, высокой и стройной. Накануне того дня, когда его должны были арестовать, Калиостро исчезает. На следующий день Фонтенбло неожиданно покидает и Жозефина Богарне.

Месяцем позже в Палермо рождается девочка. Эти совпадения весьма многозначительны. Восемнадцатью годами позже императрица Жозефина вводит в высший свет юную девушку, представив ее как свою крестницу. В скором времени она завоевала такое расположение императора, что Наполеон веселится и радуется в ее обществе, как ребенок. Как ее зовут? Жозефина, или Жозина.

Империя пала. Жозина встречается с царем Александром I и едет в Россию. Какой титул носит красавица? Графини де Калиостро».

Барон д'Этиг ронял эти слова среди гробовой тишины зала. Все внимали его речи с глубочайшим вниманием. Рауль, совершенно сбитый с толку невероятной историей, тщетно пытался уловить в лице графини хоть какой-то след страха, удивления, волнения, — оно было совершенно спокойным и бесстрастным, и только чуть заметно улыбались ее прекрасные глаза.